15.12.2011 в 00:18
Пишет kallikanzar:Для Натальи Авербух от почитателя
Вчера в моей жизни был ещё один знаменательный день. Да, многовато их в последнее время, но зато жить не скучно. Вчера мой друг и просто прекрасная леди закончила книгу, которую я ждал... а сколько, кстати, ждал?.. уже и не упомнить! Но долго. Очень долго.
Книгу-сказку, книгу - яркую и по-своему куда более правдивую, чем многие "реалистичные" произведения. Потому что, как показывает практика, реализм и правда - вещи очень разные.
Книга закончена. И я с радостью поздравляю моего друга с завершением, а меня с возможностью прочитать её уже целиком, а не урывками и по главам. Меня ждут часы наслаждения от "Шока тьмы" и я уже предвкушаю это.
Но увы мне и моему эгоизму. В эти дни кризиса идей, когда стихи не пишутся по несколько месяцев, ещё больше меня порадовало небольшое примечание в конце книги: "В тексте использовались стихи Александра Садовникова." Приятно осознавать, что мои кривые и откровенно слабые стихи всё же послужили красивым штрихом к законченному и прекрасному произведению.
Приятно осознавать, что строки, которые слишком часто слагались без особых надежд на читателя, находят своё место в книгах. Пусть даже и в книгах друзей - нет ничего недостойного в такой радости. А вот быть другом такому автору - большая честь для скромного поэта.
Я помню и другие времена. Когда мы ругались и я высказывал далеко не лестные замечания о её книгах. Что ж, слов назад не беру. Было разное. Но было и прошло. За несколько лет нашей дружбы всё успело на сто раз перемениться. И взамен тем слабым и хлипким, как карточные домики, книгам пришли другие. Никто не начинает с гениальных произведений. Но тот, кто постоянно растёт над собой, заслуживает уважения.
Пустые пространства между строк заполнились атмосферой, лаконичные образы заиграли красками. Мир "Шока", равно как и мир "Напарницы", и миры иных книг, о которых пока умолчим, наполнились жизнью, вздохнули полной грудью и отправились в самостоятельный путь.
Я всё ещё надеюсь увидеть у себя на столе изданный томик "Напарницы". И теперь надеюсь увидеть рядом с ним томик "Шока тьмы". Воистину, они заслуживают этого больше многих и многих. Хотя бы своей оригинальностью.
Помню и наши разговоры о значении творчества. О том, что важно, а что нет. Помню споры. Они завершились и я рад, что Наташа давно выбрала для себя достойный путь. Путь писателя. А не графомана и не "я тут немного пописываю". Нет ничего более отвратительного, чем подобная неуверенность. Она отвратительна уже тем, что нивелирует значение творчества. Низводит его до уровня повседневности. Что может создать автор, который боится даже самому себе признаться в том, что он - автор? Откуда взяться у такого автора уважению к персонажам, любви к миру? Будет ли он оплакивать погибших героев? Станет ли радоваться за счастливый финал? Мне ни к чему мёртвые миры истуканов от литературы. И, верю, ни к чему они остальным, кто будет читать её книги.
Высшая способность человека - оживлять и возвеличивать всё своим прикосновением. Под рукой мастера отступает смерть, стихает боль. Воскресают надежды. И даже безжизненное способно улыбаться. Всё, чего касается человек, перенимает от него частицу человеческого. И от нас зависит, что это будет - творческая живая сила или мертворожденная трусливая самоирония.
Позволь, я обращусь к тебе напрямую. Наташа! Если бы я был персонажем, то больше всего на свете я хотел бы, чтобы автор любил меня. И если такой автор будет оплакивать мою смерть - я готов идти на смерть. Потому что это честь быть персонажем у такого автора. Я верю, твои персонажи гордились бы тобой.
Когда-то я назвал себя поэтом, помнишь? Потому что лучше быть последним дерьмом среди поэтов, чем неплохим автором среди бумагомарателей. И то, что ты приняла в своё время такое же решение, несказанно радует меня.
Я знаю, что писать - это значит страдать даже в самый счастливый из моментов жизни. Никто не отменял "амортизацию сердца и души". Никто не отменял и обычной усталости. Равно никуда не денутся от писателя все его повседневные и невидимые читателю труды. Тяготы, награда за которые так мала и так велика одновременно.
Верю, ты не оставишь своего дела. И мне ещё не раз доведётся поздравлять тебя с завершением нового труда. Не знаю, как сложится твоя творческая судьба. Но знаю - ты не заставишь меня стыдиться, что я хвалил тебя и называл настоящим талантом.
"А бой решит судьба". Дорога всё ещё вьётся у твоих ног, так пусть ей не будет конца. А страницам книг - счёта.
URL записи"Древних ратей воин отсталый,
К этой жизни тая вражду,
Сумасшедших сводов Вальхаллы,
Славных битв и пиров я жду."
Мельница
К этой жизни тая вражду,
Сумасшедших сводов Вальхаллы,
Славных битв и пиров я жду."
Мельница
Вчера в моей жизни был ещё один знаменательный день. Да, многовато их в последнее время, но зато жить не скучно. Вчера мой друг и просто прекрасная леди закончила книгу, которую я ждал... а сколько, кстати, ждал?.. уже и не упомнить! Но долго. Очень долго.
Книгу-сказку, книгу - яркую и по-своему куда более правдивую, чем многие "реалистичные" произведения. Потому что, как показывает практика, реализм и правда - вещи очень разные.
Книга закончена. И я с радостью поздравляю моего друга с завершением, а меня с возможностью прочитать её уже целиком, а не урывками и по главам. Меня ждут часы наслаждения от "Шока тьмы" и я уже предвкушаю это.
Но увы мне и моему эгоизму. В эти дни кризиса идей, когда стихи не пишутся по несколько месяцев, ещё больше меня порадовало небольшое примечание в конце книги: "В тексте использовались стихи Александра Садовникова." Приятно осознавать, что мои кривые и откровенно слабые стихи всё же послужили красивым штрихом к законченному и прекрасному произведению.
Приятно осознавать, что строки, которые слишком часто слагались без особых надежд на читателя, находят своё место в книгах. Пусть даже и в книгах друзей - нет ничего недостойного в такой радости. А вот быть другом такому автору - большая честь для скромного поэта.
Я помню и другие времена. Когда мы ругались и я высказывал далеко не лестные замечания о её книгах. Что ж, слов назад не беру. Было разное. Но было и прошло. За несколько лет нашей дружбы всё успело на сто раз перемениться. И взамен тем слабым и хлипким, как карточные домики, книгам пришли другие. Никто не начинает с гениальных произведений. Но тот, кто постоянно растёт над собой, заслуживает уважения.
Пустые пространства между строк заполнились атмосферой, лаконичные образы заиграли красками. Мир "Шока", равно как и мир "Напарницы", и миры иных книг, о которых пока умолчим, наполнились жизнью, вздохнули полной грудью и отправились в самостоятельный путь.
Я всё ещё надеюсь увидеть у себя на столе изданный томик "Напарницы". И теперь надеюсь увидеть рядом с ним томик "Шока тьмы". Воистину, они заслуживают этого больше многих и многих. Хотя бы своей оригинальностью.
Помню и наши разговоры о значении творчества. О том, что важно, а что нет. Помню споры. Они завершились и я рад, что Наташа давно выбрала для себя достойный путь. Путь писателя. А не графомана и не "я тут немного пописываю". Нет ничего более отвратительного, чем подобная неуверенность. Она отвратительна уже тем, что нивелирует значение творчества. Низводит его до уровня повседневности. Что может создать автор, который боится даже самому себе признаться в том, что он - автор? Откуда взяться у такого автора уважению к персонажам, любви к миру? Будет ли он оплакивать погибших героев? Станет ли радоваться за счастливый финал? Мне ни к чему мёртвые миры истуканов от литературы. И, верю, ни к чему они остальным, кто будет читать её книги.
Высшая способность человека - оживлять и возвеличивать всё своим прикосновением. Под рукой мастера отступает смерть, стихает боль. Воскресают надежды. И даже безжизненное способно улыбаться. Всё, чего касается человек, перенимает от него частицу человеческого. И от нас зависит, что это будет - творческая живая сила или мертворожденная трусливая самоирония.
Позволь, я обращусь к тебе напрямую. Наташа! Если бы я был персонажем, то больше всего на свете я хотел бы, чтобы автор любил меня. И если такой автор будет оплакивать мою смерть - я готов идти на смерть. Потому что это честь быть персонажем у такого автора. Я верю, твои персонажи гордились бы тобой.
Когда-то я назвал себя поэтом, помнишь? Потому что лучше быть последним дерьмом среди поэтов, чем неплохим автором среди бумагомарателей. И то, что ты приняла в своё время такое же решение, несказанно радует меня.
Я знаю, что писать - это значит страдать даже в самый счастливый из моментов жизни. Никто не отменял "амортизацию сердца и души". Никто не отменял и обычной усталости. Равно никуда не денутся от писателя все его повседневные и невидимые читателю труды. Тяготы, награда за которые так мала и так велика одновременно.
Верю, ты не оставишь своего дела. И мне ещё не раз доведётся поздравлять тебя с завершением нового труда. Не знаю, как сложится твоя творческая судьба. Но знаю - ты не заставишь меня стыдиться, что я хвалил тебя и называл настоящим талантом.
"А бой решит судьба". Дорога всё ещё вьётся у твоих ног, так пусть ей не будет конца. А страницам книг - счёта.
П.С. спасибо, Саша!
Именно сейчас и именно от тебя - мне этих слов не хватало. Когда что-то делаешь - очень важна поддержка.